26 Июня 2015

Тайная война

Победа в Великой Отечественной войне ковалась как на фронтах, так и в тылу врага, где шли свои ожесточённые сражения, где проявлялись выдержка и смекалка, где в считанные мгновения нужно было принять единственно верное решение

Анатолий Агапов |
Тайная война

Победа в Великой Отечественной войне ковалась как на фронтах, так и в тылу врага, где шли свои ожесточённые сражения, где проявлялись выдержка и смекалка, где в считанные мгновения нужно было принять единственно верное решение, чтобы выполнить задание и при этом остаться в живых. Участником тех невидимых миру битв оказался рязанец Владимир Попов.

 

СПАСИТЕЛЬНАЯ КАСКА

 

Судьба словно исподволь готовила его к суровым испытаниям. Родился Влади­мир Алексеевич в конце мая 1921 года в небольшом степном городке Цареве в 30 километрах от Царицына (ныне Вол­гограда), в семье мелиораторов. Снача­ла родителей перевели в столичное Ми­нистерство водного хозяйства, а затем их отправили в Среднюю Азию, где они со­здавали систему орошения хлопковых полей в Узбекистане. А вместе с ними путешествовал и юный Володя, который был вынужден постоянно приспосабли­ваться к новым условиям жизни и быта. Но его это нисколько не тяготило. Пер­вое советское поколение детей учили быть сильными и ловкими, находчивыми и отважными и при первой же необхо­димости готовыми отдать жизнь за свою Родину.

 

Окончив школу в Андижане в 1940 го­ду, Владимир той же осенью оказался в Красной армии и отправился служить Белоруссию, где проходил подготовку в составе офицерских рот. В мае его полк неожиданно подняли по тревоге, и без лишнего шума бойцов перебросили на западную границу, в район реки Запад­ный Буг, где они, живя в лесу, в спеш­ном порядке принялись строить защит­ные укрепления.

 

- 22 июня 1941 года проснулся очень рано, - вспоминает Владимир Алексее­вич. - Лежу в палатке и наслаждаюсь тишиной, как вдруг началась артилле­рийская канонада. Хорошо, что враже­ские снаряды принялись утюжить сосед­нее поле, а не наш лес. Мы бросились в свои окопы и заняли позиции.

 

Затем немцы стали стрелять из пуле­мётов, и здесь рядовому Владимиру По­пову несказанно повезло. Из любопыт­ства он высунулся из траншеи и тут же от страшного удара по голове упал об­ратно. Это была пуля, и от глупой смер­ти необстрелянного бойца спасла лишь каска.

 

СПРАВЕДЛИВЫЙ ПРИГОВОР

 

Первые месяцы войны Владимир По­пов, как и вся Красная армия, с боями отступал на восток. Так как немцы кон­тролировали дороги, часто приходилось идти лесными чащами и болотами, по­гружаясь в воду по шею и неся самоза­рядную винтовку Токарева над головой. А ближе к осени Владимира Попова вы­звали в штаб и увезли с передовой.

 

- Как выяснилось немного позже, ме­ня зачислили в часть особого назначения № 059, -рассказывает ветеран. - Под­готовка оказалась короткой. Нам пока­зали, как ставить разные мины, как нуж­но дёргать кольцо от парашюта, посади­ли в самолёт и забросили в тыл немец­ких частей.

 

Так для Владимира Алексеевича нача­лась тайная война за линией фронта.

 

- Перед нами стояла задача отправ­лять вражеские эшелоны под откос, что­бы затруднить снабжение армии неприя­теля, - раскрывает секрет Владимир По­пов. - Но это легко сказать, а сделать ох как непросто. Тем более что нашему от­ряду, который постоянно, с небольшими паузами на отдых, базировался на Волы­ни, поручили взрывать поезда между Ко­велем и Брестом, то есть на территори­ях Западной Украины и Западной Бе­лоруссии, которые были присоединены к СССР перед самой Великой Отечест­венной войной.

 

И первое время часть местного насе­ления относилась к красноармейцам, ко­торые внезапно появлялись из леса, негативно и сдавала их оккупантам. Многие наши группы так и пропали без вести.

 

Пришлось браться за воспитание и пороть доносчиков шомполами, приго­варивая, что в случае нового предатель­ства их ждёт более суровая кара, - рас­сказывает Владимир Алексеевич. - На большинство это действовало хорошо, и они прикусывали язык. Но были среди селян и бандеровцы, которые вели на­стоящую охоту на партизан и красноар­мейцев, устраивая засады с пулемётами. Кроме того, в 1943 году случилась кро­вавая волынская резня, когда бандеров­цы вырезали целые деревни с польски­ми крестьянами, не оставляя в живых ни стариков, ни грудных детей. Так же рас­правлялись с семьями, чьи родственни­ки служили в Красной армии. И поэтому однажды мы получили приказ из Москвы уничтожить одного из их главарей. У до­ма его матери устроили засаду и приня­лись ждать, когда он навестит её. А появ­лялся бандеровец лишь по ночам. Ждали одну ночь, вторую, и наконец,  дождались. В темноте скрипнула входная дверь, а следом в хату вошла и наша группа. Од­нако не удалось застать врасплох банде­ровца. Он спрятался, а мать его не выдавала. Мы уже хотели уйти, однако за­метили, что у вешалки с одеждой стоят одинокие сапоги. Это нас насторожило. Один боец раздвинул одежду и увидел там спрятавшегося бандеровца. Мы его вывели за околицу и расстреляли.

 

НАУКА ВЫЖИВАТЬ

 

Но нашим подрывникам тоже доста­валось от врага. Летом 1942 года после выполнения задания их отряд обнаружи­ли немцы. Начали преследовать, загна­ли в болотистую местность и обложили со всех сторон. Сами же немцы не ста­ли лезть в болото, резонно посчитав, что если красноармейцы не захотят умереть с голоду, то сдадутся.

 

А мы не собирались оказаться в пле­ну, понимая, что нас ждёт смерть. Но и умирать от голода не хотели, - расска­зывает Владимир Попов. - Попытались ловить лягушек, однако их не было. Тогда стали жевать хвою, кору деревьев, пили воду из болота. Мой организм оказался крепким, но многих поразила цинга, ста­ли кровоточить зубы. Однако мы не сда­вались. Так прошло два месяца. Мы из последних сил преодолели болото и... не обнаружили немцев. Враги, видно, ре­шили, что мы погибли от голода, и сня­ли оцепление, а мы выжили.

 

Науку выживать в тылу врага наши под­рывники освоили на "отлично". Как-то раз бойцы нарвались на вражескую колонну, которая шла от станции в лес для борь­бы с партизанами. Дело было зимой, и это их спасло. С невероятной скоростью красноармейцы закопались в снег по са­мую голову, и неприятель их не заметил. А однажды проявили смекалку.

 

- Нам приказали взять языка, поэто­му мы днём отправились на железнодо­рожную станцию и спрятались в товар­ном вагоне, - говорит Владимир Алек­сеевич. - Но один из нас высунул голову в тот момент, когда показалась дрезина с немцами. Благо не растерялся, снял шапку и стал кивать головой в знак ува­жения. Немцы ничего не заподозрили, дрезина уехала, а мы схватили сразу же трёх патрульных, которые оказались на поверку венграми.

 

Из леса Владимир Попов окончатель­но вышел лишь весной 1944 года, но на этом война для него не закончилась. За­тем он служил в разведке 77-й гвардей­ской дивизии и завершил войну в Герма­нии, встретившись на Эльбе с союзными войсками. После войны демобилизовал­ся, вернулся в Среднюю Азию, закончил душанбинский пединститут, стал канди­датом филологических наук. В 70-е годы переехал в Рязань и до конца минувшего века преподавал в медицинском и педа­гогическом институтах.

 

Анатолий Агапов

"Панорама города" №25 - 24.06.2015

Читайте также
Загрузить еще
1 2 3 4 5 ... 74