25 Марта 2016

9 секретов Захара Прилепина

О чем разоткровенничался писатель с рязанскими корнями, побывав на малой родине?

Малая Родина |
9 секретов Захара Прилепина

О чем разоткровенничался писатель с рязанскими корнями, побывав на малой родине?


23 марта в Рязань приезжал писатель и публицист Захар Прилепин. Журналисты «МР» побывали на встрече с яркой фигурой творческой и общественно-политической жизни России. Беседуя с представителями СМИ, Прилепин приоткрыл завесу тайны над некоторыми своими проектами. 


r78nO5E0SJI.jpg

Захар Прилепин пообщался с рязанскими журналистами


Секрет №1: «Вокруг кого нужно водить хороводы?»


- С чем связан ваш визит в Рязань?


- Мы приехали в рамках больших гастролей. Начали в Москве, затем - Тамбов, Воронеж, Липецк… Теперь настала очередь Рязани. У нас двусоставное мероприятие: мы везем моноспектакль «Ты че такой похнюпый?» по рассказам из моей книжки «Грех», который поставил наш земляк, мой большой товарищ Владимир Дель. В нем играет рязанский актер Михаил Сиворин – он, кстати, родился в том же роддоме, что и я. В каждом городе нас встречают овациями. А во второй части я буду разговаривать с людьми на разные животрепещущие темы.


Я вез с собой целую машину своих книжек, в том числе тематический сборник стихотворений «Семь жизней». Мы уже все распродали, и пришлось съездить в рязанский «Барс», чтобы запастись книгами специально для этой встречи. С нами ехал рэпер «РИЧ» – мы везли еще и наш музыкальный альбом «На океан» и пели песни из него – и он тоже почти полностью разошелся.


Спектакль получил премию «Лучший моноспектакль» на недавнем фестивале в Санкт-Петербурге. Программа была большая, конкуренция огромная, но Дель сделал свое дело – честь ему и хвала. Если бы я жил на рязанской земле и был бы каким-то руководителем, я бы вокруг него и его труппы водил хороводы, потому что это режиссер экстра-уровня. Со спектаклем «Допрос», который он поставил, мы объехали всю страну от Ленинграда до Владивостока, даже показали в ЦДЛ в Москве – я тогда приглашал своих товарищей Петра Буслова, Сашу Велединского, и все были в полном восторге. У нас уже три совместных спектакля. Мы задумались о том, чтобы провести в Рязани наш бенефис, чтобы показать все это нашему зрителю. Я знаю нашего министра культуры, он вручал мне прошлым летом премию Есенина, и надеюсь, что идея получит воплощение.


Секрет №2: «Про размер машины»


- Как часто вы бываете в Рязани?


- Начнем с того, что я вырос в деревне Ильинка Рязанской области, это даже написано у меня в паспорте. В Рязани я бывал наездами и не выдаю себя за знатока местных реалий. Но, когда мы приезжаем сюда, ездим в Константиново, смотрим город – Рязань мне все-таки очень нравится. Мы как-то приехали сюда с концертным директором, он сидел и кривился – потому что в Тамбове, Воронеже, Липецке ситуация намного лучше. Особенно с дорогами. Но мне сложно оторвать Рязань от сердца. А дороги – что дороги? У меня машина большая, как-нибудь проеду.


Секрет №3: «Имя деда – счастливый талисман»


- Вы избрали творческий псевдоним в честь прадеда?


- Да, в селе Каликино Липецкой области жил мой прадед, и его звали Захаром. Я выбрал псевдоним в его честь. А сейчас все больше детей стали называть этим именем. Ко мне приходили и говорили: Захар, мы дали имя ребенку в честь вас. А я отвечаю: вообще-то я по паспорту Евгений. Еще в 2005 году, когда вокруг не было ни одного Захара, я выпустил книжку и думал, что она будет одна. И решил: подпишу ее «родовым» именем. И как-то сразу у меня все в жизни заладилось»! Так с этим именем и живу.


Секрет №4: «О важнейшем из искусств»


- Сейчас проходит Год кино. У вас есть творческие планы в сфере кинематографа?


- Недавно мне предложили главную роль в хорошем кино. Там очень крутой сценарий. Также Саша Велединский, мой товарищ, собирается экранизировать мою «Обитель». Еще две продюсерских центра купили права на экранизацию «Допроса» и «Патологии», но это не значит, что фильмы выйдут в этом году – кризис все-таки. Планов до черта, а будут ли они реализованы – большой вопрос.


Секрет №5: «Как продать текст втридорога?»


- Нужны ли сейчас, по вашему мнению, писательские объединения?


- Я к своему занятию литературой отношусь очень серьезно – это главное мое в жизни дело. Но, помимо этого, я владею двумя СМИ, веду две телепрограммы – общественно-политическую на телеканале «Царьград» и программу о рок-музыке на РЕН ТВ. Я работаю на Донбассе, последние месяцы прошлого года был помощником главы ДНР Захарченко. Но литературная деятельность – главное. Пока я не продам свой текст втридорога, я не успокоюсь.


Что касается Союза писателей. После распада СССР вся эта система была разворована, и сейчас идет ее распил – дач, построек и медийных носителей. Доходит до драк и судов. Ситуация «дозрела», и необходимо ее как-то переформатировать, потому  что нельзя недооценивать влияние печатного слова в России. Это стало понятно, когда в Москве прошел марш оппозиционных писателей и Быков, Улицкая, Акунин и другие вывели на улицы 15 – 20 тысяч человек. Это показало, что литература по-прежнему имеет колоссальное влияние на интеллигенцию. При этом писатели другой, патриотической или православной направленности, часто не могут сами собраться, не говоря уже о том, чтобы людей вывести.


Литература должна быть боевой, молодой, активной, как это было, скажем, в 20-е годы прошлого века. Это совершенно нормально – есть же шоу-бизнес и музыканты, есть театральные деятели, так почему литераторы ведут какую-то невнятную жизнь? Другой вопрос, заинтересовано ли в их объединении государство? Да, но оно пока не очень понимает, что там происходит – хотя, по моим ощущениям, власти все больше втягиваются в эти процессы.


Kn3tQyjvyZs.jpg

Вместе с рэпером Ричем известный рязанец записал музыкальный альбом


- К какому направлению вы бы себя отнесли?


- К «клиническим реалистам» (смеется). Мечта любого писателя, и моя тоже – уметь писать все, как, например, Алексей Толстой. Я сам много занимаюсь журналистикой.


Секрет №6: «О замшелых маргиналах»


- Что мы можем, как держава, противопоставить новейшим западным информационным технологиям, направленным против России?


- Как держава – не знаю. А задача перед гражданским обществом стоит простая: воспитывать качественную интеллигенцию. И таких много. Конечно, наша либеральная интеллигенция 90-х присвоила себе и само это понятие, и слова «оппозиция» и «культурное сообщество», и именно они рулят процессом – это видно в соцсетях. Нам, например, навязали повестку дня с Савченко – хотя на Украине тоже немало женщин сидят в тюрьмах. Может, даже беременных. Может, они не сгорели в Доме профсоюзов, а сели. И об этом никто не говорит. Зато 20 – 30 блогеров разнесут новости именно о Савченко. И они нас обвиняют, что мы «кормимся» от Кремля, хотя все эти писатели, тот же Бабченко, действительно имеют такую позицию и отстаивают ее. И даже могут потерпеть, чтобы их за это побили.


А тенденцию невосприятия консервативной интеллигенции, которая появилась в 90-х, надо преломлять. Как видится такая ситуация глазами аудитории либерально-рукопожатных СМИ? А примерно так: «вот Проханов и Лимонов – замшелые маргиналы, вот продажные типы Прилепин и Шаргунов…» Все, что связано с традицией и патриотизмом, воспринимается в штыки. А у западнического тренда якобы мощь и сила неимоверная. Так неправильно. Я в этом чувствую дисбаланс.


Секрет №7: «Зачем звонил Гармаш?»


(об экранизации романов)


- Я хотел бы видеть на сцене все свои произведения, потому что отношусь к ним с уважением и интересом. Спектакли по моим книгам ставились в Германии, в Италии, в трех сибирских театрах… Но драматургией я не занимаюсь. Я только однажды адаптировал под драму свою «Саньку» - ее поставил Кирилл Серебренников, и она получила «Золотую маску». Но, пока я делал текст для пьесы, я все проклял – мне это неинтересно. «Мясо» текста мне важнее диалогов и мизансцен.


Сейчас мне из «Современника» позвонил Гармаш и попросил права на постановку «Обители» в театре. Спросил: будешь сам писать сценарий? Я ответил: да ни за что! В итоге текст сделала Ярослава Пулинович. Я его даже не читал – хочу, чтобы конечный результат был для меня сюрпризом. Ничего не контролирую – прихожу гостем и смотрю. Плохих постановок своих вещей еще не видел. Я учился на филфаке и знаю, что любой текст имеет бесконечное количество интерпретаций.


В спектакле Деля на сцене девять стульев – все предметы имеют свой символизм. Сам герой перевоплощается, да и один и тот же предмет меняется - то это коляска, то гроб, то пианино…


eg6V-yTpLQw.jpg

Прилепин поделился с рязанцами своими творческими планами


- Есть ли у вас желание поработать с Быковым?


- Видимо, ему хватает своих идей! Юра сам мне признавался: «Я – не читающий человек». Какие-то мои книжки он читал, конечно. Но он искренне убежден, что литература – вещь маргинальная, а кинематограф влияет на миллионы. Хочет – пусть считает, потому что режиссер он очень крутой. В нем есть то, что сейчас редко встречается: критический реализм, «женатый» на чувстве сопричастности к своей земле, к русскому человеку, которого он очень любят. И, когда он только появился со своими критическими картинами, в ультралиберальном лагере его восприняли как своего: ты тоже против этой поганой крепостной страны, этого ублюдского народа! А он говорит: не-не, ребят, это мой народ, я его очень люблю! И нет, он не провокатор, его искренне так считает.


Секрет №8 «О новых именах»


- Вы много читаете?


- Да, но последние 2 года в связи с событиями на Донбассе сузил круг чтения. Я точно перестал читать все то, что присылают мне молодые писатели – это отдельная работа, за которую к тому же не платят. Читал только стихи, и то связанные с Донбассом – и нашел несколько отличных авторов. К примеру, уроженка Харькова Анна Долгарева. Ее парень поехал на Донбасс воевать и погиб там, а она осталась работать.


- А новые имена в литературе?


- Я ждал, что за нами, за поколением авторов, появившимся в середине нулевых – я, Сергей Шаргунов, Михаил Елизаров, Герман Садуллаев, Андрей Иванов – будет новое. А оно не появилось. Те, что есть сейчас, пишут про свои гендерно-половые измышления, а меня  интересуют более страстные вещи, более масштабные вопросы. Они думают, что если они напишут про приключения своих половых органов, то будут как Лимонов – но нет! На самом деле книги Лимонова гораздо глубже и вовсе не про это.


- Насколько для вас важна чистота русского языка?


- Из-за сленга никто еще не стал популярнее. Да, в пародийном контексте это использует Владимир Сорокин. Я этого не делаю: через семь-десять лет никто может не понять, о чем речь. Русский язык – животворная среда, он все это адаптирует. Платонов и Зощенко вписали сленг начала XX века в русский язык, но и это со временем ушло. А для меня важно достичь нужного эффекта, и для этого я могу использовать любые слова.


Секрет №9 «О войне на Донбассе»


- Что бы делал персонаж вашей книги «Санькя» сейчас?


- Один из прототипов Саньки – Гриша Тишин, который только недавно сражался на Донбассе. Все персонажи уехали бы туда – защищать Русский Мир, то, за что боролись и 15 лет назад. Но продолжение я писать не буду – это же не «Три мушкетера».


_9I99wWahvA.jpg

Захар Прилепин во время поездки на Донбасс


- А что вы можете сказать о молодом поколении?


- Оно очень разнородно. Для меня очень показательно было, что какая-то часть этих ребят поехала воевать на Донбасс. Их немного, тысяч десять. И когда я был молодой, было столько же подобных людей – пассионарных, действующих, желающих творить. И в Гражданскую войну, и во все времена великих событий в исторические эпохи их было мало. В масштабах страны это ничто, процента полтора – но они есть! И это значит, что все будет хорошо.


Фото: Алексей Матвейчик и из свободного доступа.


Читайте также
Загрузить еще
1 2 3 4 5 ... 74