30 Апреля 2019

ТЕРНИСТЫЙ ПУТЬ К ПОБЕДЕ

Продолжение повести «Как начиналась война»

ТЕРНИСТЫЙ ПУТЬ К ПОБЕДЕ

ВЫХОД ИЗ ОКРУЖЕНИЯ

После первой бомбежки города Киева, появилось время для анализа обстановки. Удивляла точность заранее намеченных целей: аэродром, оборонный завод «Большевик», оружейный завод и другие важные военные объекты. Очевидно, не обошлось без работы «пятой колонны» - вражеской агентуры. Но самая главная мысль: что это было – начало войны или провокация? Еще теплилась надежда, что все обойдется. Выступление народного комиссара Молотова поставило точку: Это война!

Позднее я узнал, что в первые дни войны авиация Киевского особого военного округа потеряла 180 самолетов, в том числе из нашей дивизии.

На следующий день переформирование нашего подразделения началось с получения недостающего снаряжения. Каждый солдат получил патроны, противогаз, вещмешок, запасную пару белья, котелок и ложку. Батальон передислоцировали в город Бровары, где распределили по подразделениям. Согласно с воинской специальностью, полученной в начале службы, я был назначен радистом на мощной радиостанции РСБ на машине с цельнометаллическим кузовом и экипажем из четырех человек: начальник станции (лейтенант), старший радист (сержант), младший радист и шофер. Станция работала круглосуточно, часто меняя места, передавая и принимая кодированные радиограммы. Мы побывали в городах Бровары, Нежин, Пирятин, Прилуки. Когда стояли в городе Нежин, случилось непредвиденное. При приеме передачи последних известий о военных событиях, передаваемых ежедневно в 12.00 радиостанцией имени Коминтерна, мы вдруг услышали слова: «Говорит Верховное командование Германии, передаем… и т.д.». Оказалось, немцы могли настраиваться на волны наших радиостанций и выходить в эфир. Услышанное нас «оглушило». Лейтенант сразу отключил приемник, чтобы не возникли неприятности для нас со стороны командования.

В связи с оторванностью от основных подразделений, нам часто приходилось питаться сухим пайком, в составе которого были брикеты супа-гороха, перловая каша, пшенка, гречка, хлеб или сухари, сахар, табак, изредка консервы.

Отступление продолжалось, положение на фронте усложнялось. Уже оставлен старый оборонительный рубеж, созданный когда-то на границе страны. Жители оставленных городов и сел с укором смотрели на нас. Киев защищался до последней возможности и был оставлен 19 сентября. После переправы на левый (восточный) берег Днепра саперы взорвали мосты.

На четвертом месяце войны, в результате прорыва неприятелем нашей обороны с севера и юга, замкнулось кольцо окружения, в котором оказалась вся группировка войск Юго-Западного фронта.

генерал-полковник Кирпонос.jpg

20-го сентября в неравном бою у хутора Дрюковщина (близ города Лохвица Полтавской области) погиб Командующий фронтом генерал-полковник Кирпонос М.П.

О том, что попали в окружение мы догадались из-за прекращения связи, разрозненных групп солдат проходивших мимо нас и периодически улавливаемых на приеме, передач на немецком языке.

Когда закончилось горючее, лейтенант приказал уничтожить радиостанцию. Мы разбили аппаратуру и пустили машину «под откос». Несколько дней шли своей группой, взяв остаток сухого пайка. Вскоре, после налета вражеской авиации, разъединились, потерялись, и я примкнул к совершенно незнакомой группе солдат из других частей. Такая перетасовка происходила не раз, кто-то отставал, кто-то заходил в деревни и не возвращался. Удручала неопределенность обстановки, отсутствие намеченного маршрута, неизвестность расположения фронта, отсутствие командования всех уровней. Только один раз блеснула надежда принять участие в организованном отступлении. Наша группа солдат, выйдя на опушку леса, увидела строй солдат, примерно до роты, в трех шереножном строю. Перед строем на серой лошади гарцевал офицер в чине капитана. Офицер отдал нам команду присоединиться к строю и идти вперед, махнув рукой указывая направление. Впереди оказалась открытая местность. Берем винтовки «наперевес», с готовностью пробить брешь в рядах противника. Ощущаю холодок в животе от возможности встретиться с врагом врукопашную. Встретил огонь из пулеметов, и стало понятно, что капитан был из числа диверсантов засланных в наш тыл, который знал, куда нас направить. Наш ответ состоял из одиночных винтовочных выстрелов (патроны были не у всех, гранат не было вообще). 

выход из окружения.jpg

Наш строй под огнем противника рассеялся, и я находясь на фланге остался один. Невдалеке заметил лошадь, пасущуюся на лугу, стреноженную путами. Решив воспользоваться случаем, снял с нее путы и «оседлав», погнал ее прикладом по направлению к лесу. Встретив в лесу группу наших солдат, обсудили обстановку и избрали направление дальнейшего движения. На нашем пути попадались небольшие речушки и болота. Только однажды на реке Сула представилась возможность воспользоваться лодкой, на которой местный крестьянин перевез нас на восточную сторону. Двигаясь дальше, заметили двухфюзеляжный самолет «раму», который немцы использовали в качестве корректировщика. Вскоре, над нами появились пара «мессеров», которые обстреляли нас с небольшой высоты. Меня спасла воронка от бомбы, куда я укрылся. Оставшиеся в живых собрались в большом овраге и провели там остаток дня и ночь. Утром к нам подошла большая группа солдат во главе с лейтенантом. Он знал, что их группа обнаружена и распорядился организовать оборону. Немцы, не заставили себя долго ждать, стали нас окружать. Сначала услышали «Русс сдавайся, русс капут», затем последовал массированный пулеметный огонь по нашей позиции. Появились убитые и раненные. Бой длился весь день с небольшими перерывами. К ночи наступило затишье. Решено было, затемно выходить из окружения небольшими группами. Нас было трое – шли друг за другом на расстоянии видимости. Иногда передвигались по пластунски. Просачивались через заслон, когда гасли ракеты, которые немцы периодически запускали. Показалось, что мы заслон преодолели. Однако собраться вместе не удалось, мы потеряли друг друга. Близился рассвет. От нервного и физического напряжения я выбился из сил и обнаружив копну сена, решил отдохнуть, зарывшись в стог. Очнулся, услышав немецкую речь. Присмотревшись, увидел рядом дорогу и немцев, нагружавших сено из соседних копен. Когда машина уехала, продолжил путь и неожиданно столкнулся с товарищем-земляком Герасимом Мигулёвым из Алтайского края, с которым мы вместе призывались в армию в сентябре 1940 года и 9 месяцев были курсантами 36-й отдельной роты связи в городе Киеве. Несказанно обрадовались встрече, вспомнили о довоенной службе, о родителях. Герасим поделился со мной кусочком черствого хлеба, что оказалось кстати, так как я уже забыл когда ел последний раз. В дальнейшем питались картошкой с неубранных полей, початками кукурузы, дикими грушами. Однажды нашли булку хлеба в подбитом автомобиле. В деревни заходить опасались, боясь нарваться на разъезды противника. Мечтали встретить партизан, но этого не случилось. Через какое-то время встретили группу солдат из шести человек, пошли вместе с ними. Вблизи одной деревни подверглись обстрелу и укрываясь от огня противника снова потеряли друг друга. В одной из деревень, куда привела дорога, встретил мужчину, который указал путь к железной дороге. Вскоре я услышал характерный шум приближающегося поезда. На подъеме машинист сбавил ход и мне удалось забраться на последнюю платформу, загруженную мешками с зерном. К счастью, поезд оказался последним с запада, повезло. На станции, куда прибыл состав находилась военная комендатура, в которую я и явился, не обращая внимания на мысли о том, что придется отчитываться, как я оказался вне своего подразделения. К моему счастью допроса не случилось, меня зачислили во вновь сформированное подразделение. И здесь я снова встретился с Герасимом Гумилёвым, который вышел на станцию г. Люботин, Харьковской области раньше меня. Не успев обмолвиться несколькими словами, как нас снова разлучили по разным колоннам, несмотря на просьбы попасть в одну часть. Больше наши пути не пересекались. Впоследствии удалось узнать, что он остался жив. Так закончились мои «хождения по мукам» в условиях окружения и полной неопределенности.

В городе Сызрань меня зачислили в состав 11-го запасного стрелкового полка вновь сформированного Юго-западного фронта под командование Маршала Советского Союза Тимошенко С.К. 
Тимошенко.jpg
Я был определен в 14-ю отдельную саперно-восстановительную бригаду, которая располагалась на Северном Донце. Здесь мне пришлось переквалифицироваться в саперы для установки минно-взрывных радиоуправляемых заграждений. Бригадой командовал подполковник Иоффе, политотдел возглавлял Коробчук. Батальон, в котором я состоял, получил задачу установить минные поля на левом берегу реки Оскол. В конце 1942 года немцы прорвали оборону и вышли к Воронежу с намерением захватить Кавказ с его нефтью и «перерезали» Волгу. На Сталинградском направлении был образован Сталинградский фронт. Здесь мы узнали о разгроме немцев под Москвой. Однако попытки организовать наступление Юго-Западного фронта на Харьковском направлении окончились неудачей и снова ряд подразделений оказались в окружении. Снова началось отступление, но на этот раз оно проходило организовано. После очередного формирования, я оказался в 16-й отдельной инженерной бригаде специального назначения в которой прошло все мое дальнейшее пребывание на фронте. Продолжая отход, бригада сходу прошла Сталинград. Перед нами открылась Волга широкой, голубой гладью, раскинувшаяся вдоль города. На ее левом (восточном берегу) предстояла переформировка.

СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА

Наш 153-й батальон инженерных заграждений расположился в Верхней Ахтубе. Для обороны Сталинграда в город стягивались подкрепления, в том числе наше подразделение было переправлено через Волгу на барже. Когда прошли половину пути над переправой появился немецкий пикирующий бомбардировщик и атаковал переправлявшие через реку суда. От близких разрывов нашу баржу качало, капитан буксирного катера едва успевал маневрировать. Помогла зенитная артиллерия, лишившая самолет прицельного бомбометания. Быстро выгрузились на правый берег Волги. Вокруг видны результаты бомбежки. Тут же попали под очередную. Пришлось укрываться среди разбросанных железобетонных труб.

Битва за Волгу.jpg

Бои быстро приближались к городу. 23 августа крупные силы немецко-фашистских танков под прикрытием авиации прорвали оборону 62-й армии и приблизились к северным окраинам Сталинграда, разделив фронт на две части. Наш батальон под непрерывными ударами авиации проводил минирование, оборудовал заграждения на подступах к тракторному заводу, в районе поселка Орловка, Мечетки и другие. На город сыпались тысячи бомб, превращая его в руины.

Из разбитых хранилищ с горючим устремились горящие потоки к реке сжигая лодки, катера, баржи стоящие на приколе. Казалось горела вся река. Ночью стояло зарево, было светло, как днем, а днем темно от дыма и черной копоти, иногда было трудно дышать.

Вражеская авиация, в качестве морального воздействия, использовала воющие сирены и дырявые бочки, сбрасывая их на защитников Сталинграда. Между бомбежками немцы сбрасывали с самолетов листовки с предложением сдаться в плен.

С левого берега Волги огонь вели наши «Катюши» работу реактивной артиллерии я увидел впервые. Это было впечатляющее зрелище. По ночам нам иногда приходилось переправляться на левый берег для эвакуации раненных и пополнения боеприпасов.

Наиболее упорные бои велись в районе тракторного завода. 14 сентября немецкая авиация сделала около трех тысяч самолето-вылетов, в эту ночь на левый берег было переправлено 3,5 тысячи раненых бойцов. В некоторых дивизиях погибло до 75% личного состава. Наряду с воинскими частями сражались отряды самообороны, состоящие из рабочих завода. На следующий день гитлеровцы массированной атакой овладели территорией тракторного завода и вышли к Волге. Наш 153 батальон был отрезан от основных сил и объединившись со 124 бригадой полковника Горохова отбивал атаки врага. В остальной части города наиболее упорные бои велись в районах заводов «Красный октябрь», «Баррикады» и Мамаева Кургана – главной высоты, которая несчетное количество раз переходила из рук в руки. Сражение велось за каждую улицу, дом, развалину. И город отстояли, тем самым предотвратив вступление в войну Турции на стороне Германии.

на Кургане.jpg

После формирования Донского фронта под командованием генерал-лейтенанта К.К. Рокоссовского, в ноябре началось наступление в направлении поселка Орловка, на тракторный завод и в районе поселка Рынок. Рокоссовский.jpgВойска 66-й Армии соединились с группой полковника Горохова. 19-го ноября фронт перешел в повсеместное наступление и 23-го войска Юго-Западного и Сталинградского фронтов, при активной поддержке Донского фронта, соединись, замкнув кольцо окружения гитлеровских войск. В котле оказалось 22 дивизии и 160 отдельных подразделений, всего 330 тысяч гитлеровцев. Попытки деблокировать окруженную группировку были безуспешны. В этом была и заслуга нашего батальона, устанавливающего минные поля и заграждения.

Запомнился удивительный случай: через наше расположение проходила группа лыжников на передовую позицию, и я увидел своего двойника – полное сходство в росте, фигуре, лице. Остолбенев, я пропустил группу, не успев узнать, кто это был, и долго находился под впечатлением этой встречи.

Сталинградская Битва завершилась 2-го февраля 1943 года полным разгромом захватчиков. Она длилась 200 дней и ночей, в том числе 162 дня, непосредственно за город и явилась коренным переломом в ходе Великой Отечественной войны.

Паулюс.jpg

пленные немцы под Сталинградом.jpg

ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ФРОНТ. КУРСКАЯ ДУГА

В начале мая наш батальон передислоцировали в Курскую область, в составе Центрального фронта. Фронт стоял в обороне. Бои на этом направлении описаны подробно. Сражение под Прохоровкой явилось самым крупным танковым сражением за всю Вторую Мировую войну. Оно оказало решающее влияние на весь ход Курской Битвы.

Прохоровка1.jpg

Прохоровка4.jpg

Прохоровка3.jpg

Прохоровка2.jpg

20-го октября 1943 года Центральный фронт был переименован в 1-й Белорусский. Готовилась операция «Багратион» для освобождения Белоруссии. Здесь 17 июня 1944 года я и получил тяжелое ранение. Запомнилось ощущение: перехватило дыхание и будто чем-то тяжелым ударило в грудь. Я потерял сознание. На этом моя война закончилась. Очнулся уже в госпитале. Там я и встретил долгожданную Победу.

(По материалам дневника участника Великой Отечественной войны Степана Ивановича Бортникова)

Ветеран ВС полковник Лев Волков

1-я часть повести "Как начиналась война"

 

 

Читайте также
Загрузить еще
1 2 3 4 5 ... 74