Выживший подо Ржевом

Немногим из нас отмерена жизнь длиною в целое сто­летие, тем более в кровавый XX век, вобравший в себя две мировые войны, а для России приготовивший ещё и Гражданскую войну, и голод, и преобразование страны. 101-летний рязанец Степан Щетинин не только пережил все эти испытания. Он защищал Родину, когда ей угро­жали немецкие захватчики.

РОДИЛСЯ ПРИ ЦАРЕ
 
Степан Петрович родился 21 декабря 1913 года по старому стилю в селе Ки­риллово, которое тогда входило в состав Саратовской губернии. Только что вся страна отметила 300-летие венценосно­го дома Романовых, и, встречая Рожде­ство, никто в крестьянской семье Щети­ниных не думал, что мирная жизнь ско­ро закончится.
 
Несмотря на юный возраст, я хоро­шо запомнил день, когда в 1915 году от­ца забрали в армию и на фронт отпра­вили, - вспоминает Степан Петрович. - Женщины голосили, провожая мужей на Первую мировую войну. Но отец спустя два года вернулся домой, однако нена­долго. Началась Гоажданская война, он воевал в составе Красной армии и погиб в 1919 году, а моя мать осталась с пятью малолетними детьми на руках.
 
Было непросто, после разрухи в пер­вой половине 20-х годов жили впрого­лодь, но Степан закончил сельскую семи­летнюю школу. А в начале 30-х, спасаясь от очередного голодомора, вызванного созданием колхозов, завербовался на торфоразработки и отправился в Орехово-Зуево. Уже в Подмосковье закончил сначала рабфак, а затем и текстильный институт, после чего Степана призвали в Красную армию, где три года служил в кавалерийских войсках - сначала в Белоруссии, а потом в Узбекистане. Осенью 1940 года демобилизовался, вернулся в родное Кириллово, кото­рое в то время включили в новообра­зованную Пензенскую область, и по­ступил на службу в милицию.
 
- Когда 22 июня 1941 года немецкие войска напали на СССР, мне как работ­нику правоохранительных органов пре­доставили отсрочку, - говорит Степан Петрович. - В те летние дни ходили раз­говоры, что Красная армия, имея пере­довую военную технику, быстро одолеет захватчиков. Но месяц проходил за ме­сяцем, уже начались бои под Москвой, и в феврале 1942 года меня призвали на фронт.
 
МЕЖДУ ЖИЗНЬЮ И СМЕРТЬЮ

Щетинин на Калининский фронт при­был в ранге командира строевого взво­да. Ставка Верховного Главнокомандо­вания рассчитывала перехватить страте­гическую инициативу у немцев и направ­ляла новые и новые части для того, чтобы продолжать наступление и взять наконец, Ржев, расположенный всего в 210 кило­метрах от Москвы.
 
Сейчас 1942 год у нас ассоциируется со Сталинградской битвой и известным приказом № 227 «Ни шагу назад!», но и на других фронтах не прекращались кро­вопролитные бои. Причём наши солдаты всё это время не только отчаянно оборо­нялись на берегах Волги и на Северном Кавказе, но и пытались наступать. Весь 1942 год прошёл в бесконечных попыт­ках ликвидировать неприступный Ржев­ский выступ, чтобы снять угрозу повтор­ного наступления на Москву, и Щетинин был непосредственно на передовой, на­ходясь между жизнью и смертью.
 
- Это было в середине апреля, ещё не сошёл снег, и в дивизию поступил при­каз выбить немцев, засевших в лесу, - рассказывает Степан Петрович. - А как их выбить, если они хорошо окопались, простреливают открытую местность, при приближении поливают свинцом из пулемётов и миномётов? Бойцы постара­лись подобраться ближе, используя во­ронки в земле, которые остались от воз­душных бомбардировок. Вроде этот план сработал, и до вражеских окопов остава­лось совсем немного. Но едва наши сол­даты высовывались из воронок, из вражеских окопов тут же следовала прицель­ная очередь. Ползти назад было нельзя. Поэтому бойцы решили остаться в этих воронках, наполненных талой водой от растаявшего снега. Однако к вечеру ста­ло подмораживать, и они превратились в смертельную ловушку, в которой бойцы в промокших шинелях просто замёрзли. Так страшно и нелепо погиб мой взвод. А мне повезло. В тот день командир ди­визии вызвал меня в штаб и тем самым спас от неминуемой смерти.
 
Осенью 1942-го Степан Петрович ока­зался в составе 19-й механизированной бригады, которая участвовала в опера­ции «Марс». В боях под городом Белым Калининской области в декабре он был ранен. Сначала пуля снайпера попала в одну ногу, а затем осколки вражеского снаряда угодили в другую.
- Госпитальная жизнь оказалась ещё ужаснее, - рассказывает ветеран. - В одном госпитале нары были расположе­ны в три яруса, и однажды санитар, вы­пив спирта, не пришёл на ночное дежур­ство. Раненые стонали всю ночь, а утром те из них, кто мог передвигаться, побили его палками. Другой госпиталь рас­полагался в сарае. Лишь спустя месяц меня перевезли в Калинин, где сделали операцию, вынули осколки (один, прав­да, так и остался в левой ноге), накор­мили досыта и отправили долечивать­ся в тыл.
 
ПРЕРВАННАЯ ВОЙНА
 
Степан Щетинин вернулся на передо­вую весной следующего года, когда нем­цы, выравнивая линию фронта, уже ушли из Ржева. Но лейтенанту ещё предстоя­ли суровые испытания.
- Я оказался в 373-й стрелковой ди­визии, которую летом перебросили на Курскую дугу, - вспоминает Степан Пе­трович. - Там увидел «тигры» и «панте­ры», один вид которых наводил страх. А когда они шли стеной на наши по­зиции, страх превращался в ужас и некоторые солдаты от визга гусениц и скрежета металла сходили с ума.
 
Но Красная армия, всё-таки отразив вражеский натиск, погнала фашистских захватчиков с нашей земли. Вместе со своей дивизией Степан Щетинин пошёл на Запад, последовательно освобождая Воронежскую, Харьковскую, Полтавскую области, и уже собирался участвовать в боях за Киев, однако 9 сентября война для лейтенанта закончилась.
 
- Весь день, начиная с раннего утра, мы наступали, - вспоминает ветеран, - Шесть раз поднимались в атаку, но нем­цы драпали ещё быстрее, и мы продви­нулись на целых 40 километров вперёд. А вечером меня настигла разрывная пу­ля немецкого снайпера, которая раздро­била левую руку. Пришлось ехать в гос­питаль. И там сначала хотели ампутиро­вать руку, но затем передумали и нало­жили гипс. Ночью внезапно открылось кровотечение, и, если бы не санитарка, я бы умер. Она увидела лужу крови под кроватью и побежала за доктором, кото­рый спас меня.
 
В итоге после длительного лечения в нескольких госпиталях Степан Щетинин оказался в Узбекистане, но из-за ране­ния оружия в руках держать уже не мог и был комиссован. Степан Петрович на­граждён орденами Отечественной войны первой и второй степеней, орденом бое­вого Красного Знамени, медалью «За от­вагу» и другими медалями. День Победы он встретил в Средней Азии, после чего вернулся в родное Кириллово. А затем его семья переехала в Чучковский рай­он, где он трудился в совхозе Аладьино. Сейчас ветеран живёт в Рязани вместе с семьёй правнука и, несмотря на солид­ный возраст, по-прежнему бодр, читает газеты, смотрит телевизор, радуясь каж­дому новому дню своей долгой жизни.
 
 
Анатолий Агапов